Домработница
Инесса Рассказова
Ожидая первого появления домработницы, я слегка нервничала. Я не успела впитать в себя всей морали нового времени и в глубине души была убеждена, что не годится эксплуатировать человека человеком. Несколько лет, проведенных в Западной Европе, не поколебали заложенных с детства взглядов на природу вещей. Однако ничего не поделаешь, перспектива генеральной уборки, да еще всего за 400 рублей выглядела так привлекательно. Отказаться не было никаких сил.
В условленное время и ни минутой позже в мою квартиру вошла ослепительной красоты женщина, назвавшаяся по телефону Тамарой. На вид ей было чуть меньше сорока. Ее лицо носило на себе следы тщательного ухода, гладкую кожу явно умасливали кремы дорогущих фирм, о которых я лишь мечтала, но пока не могла себе позволить. В ушах покачивались серьги с драгоценными камнями. Тамара аккуратно поставила на коврик в коридоре пару туфель, стоивших, как подержанная иномарка, и повесила на вешалку плащ с подкладкой, украшенной всемирно известным лейблом.
"Генеральная уборка? -- деловито поинтересовалась она. -- Протереть люстры, вымыть окна и полы? Пылесосить нужно? Хорошо. А ванная? Поняла".
Я еле успевала уточнять.
"Один вопрос, -- с удовольствием поймав в зеркале свое безупречное отражение, добавила домработница. -- Где я могу переодеться?".
"Вот, пожалуйста..." -- я открыла дверь в спальню. Прихватив с собой пакет, прекрасная незнакомка прошла в комнату, обдав меня ароматом чудесных духов и попутно еще раз поразив горделивой осанкой и изящной походкой, словно созданной для миланского подиума.
Через десять минут Тамара предстала передо мной в черном трико, облегающем ее вылепленные безостановочным фитнессом ноги, кроссовках и какой-то спортивного вида кофточке. Серьги и кольца она сняла.
Говорят, есть в мире три вещи, которые можно наблюдать часами. Огонь, вода и чужая работа... Я, однако же, по-прежнему чувствовала себя не в своей тарелке, поэтому предпочла кухню и книгу. Но, уходя, я успела все же заметить, что странная домработница все делает энергично, качественно и фантастически быстро. "Принимайте", -- вызвала она меня через каких-нибудь два с половиной часа. Моя квартира сияла клинической чистотой. Давно я ее не видела в таком великолепии.
Я достала из кошелька обещанные 400 рублей. Красавица взяла деньги и вновь ушла переодеваться. "Вы не хотите чаю, или кофе?" -- спросила я ее через дверь. "Нет, спасибо, -- послышался ответ. -- У меня совсем нет времени. Мне нужно побывать сегодня еще в пяти квартирах".
Тамара приходила ко мне раз восемь, или десять. А потом исчезла. Приятельница, добывшая для меня телефон этой дамы (язык с превеликим трудом называет ее домработницей), когда я обрушилась на нее с расспросами, рассказала вот что. Тамара еще недавно была женой нового русского. И роскошные наряды вкупе с драгоценностями остались у нее от замужества. Новый русский запутался в темных делах, что привело в какой-то момент к похищению их сына, за которого требовали выкуп. Мальчика удалось спасти, но муж после этого был изгнан. Вернее, Тамара ушла сама, забрав детей и принципиально отказавшись от любой финансовой помощи. "Но ты же пятнадцать лет не работала! Твой университетский диплом уже просто бумажка. Тьфу! Понимаешь? Тьфу! Что ты будешь делать, в твоем-то возрасте! Тебе даже на панель уже поздно!", -- кричал ей в ярости бывший супруг. "Я буду мыть полы, -- с вызовом бросила ему Тамара. -- Это никогда не поздно. И -- намного почетнее, чем пользоваться твоими грязными деньгами!". Она выполнила свою угрозу.
Правда, полы ей пришлось мыть недолго. Тамару до безумия полюбил американский скрипач, в чьей квартире она тоже делала уборку, женился и увез в Нью-Йорк.
|
